«Притворись, что ты глухонемой», приказала Наталия Лаштовичкова дяде Алеше, прежде чем они сели в такси.

Дядя приехал из Сочи в Прагу поездом, погостить. Они так долго планировали это посещение и с нетерпением его ожидали. Но за несколько дней до него в Прагу прибыли земляки дяди Алеши, которых в Чехии, в отличие от него, никто не приветствовал. Был август 1968 года. Пражский Главный вокзал был полон людей, которые стремились эмигрировать на Запад, таксисты на чем свет стоит ругали «русаков», в автобусе стоял гул как в улье. Наталия родилась в Чехословакии и говорила на чистейшем чешском языке, так что таксист никоим образом не мог распознать ни в ней, ни в ее молчаливом спутнике земляков ненавистных оккупантов.

Наталия родилась в русской семье в Ужгороде. Когда венгры заняли Подкарпатскую Русь, она вместе с родителями, имевшими чехословацкое гражданство, прошла сложный путь и попала, наконец, в Прагу. Ее отец Евгений Куфтин в конце войны помог советским партизанам. Может быть, именно поэтому семья избежала насильственной репатриации в СССР. Они остались жить в Праге, но имели советское гражданство.

Наталия никогда не стала членом ни Союза молодежи, ни КПЧ. Работала как устный и письменный переводчик. Родину своих предков посетила несколько раз. Всегда везла несколько чемоданов вещей для родственников, влачивших бедственное существование при советском режиме. Всю жизнь она разрывалась между любовью к родине своих предков и ненавистью к коммунистическому режиму.

Вторжение

Весной 1968 года люди в Чехословакии снова жили надеждами. Коммунисты обещали отмену цензуры, возобновление частного сельского хозяйства и многое иное. Однако, это не нравилось товарищам в Советском Союзе. Ведь стремление к свободе бы могло «заразить» и иные страны и народы восточного блока. В ночь на 21 августа жителей нашей страны разбудило гудение моторов самолетов и лязг гусениц танков. Армии Советского Союза и других коммунистических стран Варшавского договора напали на нашу страну. Безоружные люди выбегали на улицы, пытались своими телами остановить танки, дискутировать с оккупантами, грозили им кулаками. Безуспешно. Наша народно-демократическая армия свою страну не защищала. Советские депортировали в Москву руководителей нашего государства и принудили их к капитуляции. Все, кроме Франтишека Кригеля подчинились – президент Людвик Свобода, генеральный секретарь КПЧ Александер Дубчек, председатель правительства Олдржих Черник. В августе советские оккупанты убили 137 человек. Чехословакия стала оккупированной страной, оккупация продолжалась еще двадцать лет.